В мае 1922 года у берегов Бретани погиб английский лайнер «Эджипт». Этот корабль направлялся в Индию с грузом в пять тонн золота и десять тонн серебра, но в густом тумане столкнулся с французским сухогрузом и почти мгновенно затонул. Место крушения было отмечено на карте, переданной в страховую компанию «Ллойд», но с «разработкой» этого корабля пришлось подождать, поскольку он лежал на глубине ста двадцати метров, по тем временам недоступной. Лишь через шесть лет генуэзская компания «Сорима», обеспечив своих водолазов жесткими скафандрами, взялась за подъем слитков.

Отыскать «Эджипт» оказалось несложно. Ориентируясь по карте «Ллойда», два спасательных судна прочесали дно траловой сетью и обнаружили корабль. Затем приступили к работе водолазы. Находиться на глубине даже в жестких скафандрах они могли не более двадцати минут, и потому понадобилось несколько десятков заходов, пока они сумели пробраться к тому отсеку, где хранилось золото. И тут путь им преградила бронированная дверь камеры-сейфа. Обратились к фирме, оборудовавшей этот сейф, однако выяснилось, что ни дубликатов ключей, ни чертежей замка не сохранилось. Все попытки взломать дверь оказались тщетными, а тут уже наступили осенние штормы, и работу пришлось приостановить.

Перерыв в работе директор «Соримы», командор Квалья, решил использовать для выполнения другого контракта. Он подрядился расчистить проход в Брестскую бухту, где в первую мировую войну затонул корабль с большой партией боеприпасов. Морская вода почти насквозь проела оболочку снарядов, и попытка извлечь их на поверхность могла обернуться катастрофой. Было решено взорвать корабль вместе с его смертоносным грузом. Водолазы «Соримы» спустились на дно, установили подрывные заряды с рассчитанными на определенное время детонаторами и начали подъем. Поднимались они медленно: чтобы избежать кессонной болезни, во время подъема необходимо делать передышки. Один из детонаторов сработал раньше времени. Все четырнадцать водолазов всплыли на поверхность уже мертвыми.

После этого «Сориме» нелегко было найти новых работников. Пришлось обещать водолазам высокое жалованье и долю в добыче. Через год новая команда была готова. «Эджипт» ждал. Оставалось только взломать бронированную дверь, но командор Квалья поклялся не производить больше подрывных работ. Он решил поручить вскрытие сейфа профессиональным взломщикам-« медвежатникам». Нашлись посредники, познакомившие спасателей со сливками уголовного мира, однако ни один «медвежатник» не согласился выполнить их заказ: то ли одна мысль о спуске на дно морское пугала их, то ли профессиональная этика не позволяла работать легально.

Так бы и остались сокровища на дне, в бронированном сейфе, если б капитан «Эджипта», спасшийся во время кораблекрушения, не припомнил, куда девались его собственные ключи от сейфа. Оказывается, они как лежали, так и лежат в письменном столе в его каюте. Если только сам стол цел. Все зависело от этого: если стол сгнил и развалился, ключи выпали, их снесло водой, засыпало песком, и найти такую мелочь на огромном корабле просто немыслимо. Можно сворачивать работы. К счастью, стол у капитана был дорогой, из мореного дуба, которому даже морская вода нипочем. Водолазы аккуратно открывали ящик за ящиком, пока не добрались до злополучных ключей. Они-то как раз проржавели настолько, что воспользоваться ими было нельзя, сперва пришлось изготовить по ним новые. И вот— щелчок, бронированная дверь открывается, и водолазы превращаются в грузчиков. Понадобилось четыре года, чтобы поднять на поверхность весь груз «Эджипта», оценивающийся более чем в миллион фунтов стерлингов. Две трети этой суммы досталось «Сориме», одна треть — «Ллойду».

Источник: «Клады и сокровища» (Я познаю мир)